Дмитрию Смирнову 36 лет. За последние полгода его называли по имени-отчеству чаще, чем за всю жизнь. Он хорошо знает, как крошится мел и сколько весят десятки непроверенных тетрадей. Всё потому что Дмитрий переехал из Москвы в Малоярославец, чтобы преподавать английский язык в местной школе №4.

Вот рассказ Дмитрия о работе в небольшом провинциальном городке России:

Голову не забыл

В детстве я не мечтал о том, чтобы стать учителем. Но мне хотелось менять мир к лучшему — поэтому я выучился на экономиста. В какой-то момент я понял, что организация процессов всё равно всегда замыкается на людях и на том, что их в своё время определило как личностей. Включая их школьный опыт и учителей. Взрослых людей нельзя поменять, если они сами этого не хотят — а детям можно помочь. И я нашёл лучший способ внести свой вклад в изменение общества — стать учителем там, где он нужен.

Когда у меня возникает желание закрутить гайки на уроке, я вспоминаю свою учительницу английского. Она была жёсткой — такой, которая способна держать весь класс в страхе. Кому-то её подход помог выучить английский. Например, мне. А кому-то нет — и испытанный стресс надолго оттолкнул от изучения языка. Я вспоминаю об этом и понимаю, что страх — это не мой метод. Учитель отвечает не только за свой предмет, но и за здоровое психологическое развитие детей. И страх — это явно не то, что помогает личности развиваться.

В 2017 году я начал преподавать английский в Свято-Димитриевском училище сестёр милосердия. Это православное медицинское училище, и это было мне очень близко. Близка была и специфика, те ритуалы, которые сопровождали каждый учебный день. Например, по правилам училища в начале и в конце каждого урока студентки молятся. На моих уроках мы молились на английском. Для всех это было поначалу удивительно, а потом привыкли. И даже успешно выучили и молитвы, и связанные с ними слова. Ритуалы — это то, что помогает поддерживать конструктивную атмосферу на уроке, а молитва — не самый плохой ритуал.

Звонок для учителя

Однажды я увидел рекламу программы «Учитель для России» в соцсети — и мне стало интересно, больше как вызов самому себе: смогу ли я пройти, доказать претензию на звание учителя? Первый раз я подал заявку в 2017 году, тогда — как учитель истории. Но в итоге мы с женой не стали уезжать из столицы: были карьерные перспективы, работу бросать не хотелось. Следующий год всё расставил по своим местам. Перспективы на работе не оправдали себя, и я подал заявку ещё раз — уже как учитель английского языка, благо уже имел опыт. Теперь я преподаю в Калужской области, в городе Малоярославце.

Лес рук

Конечно, есть большая разница между студентками московского православного училища и детьми, с которыми я сейчас работаю в Малоярославце. В православном училище в жизни не могло возникнуть таких проблем с дисциплиной, как здесь. Например, у меня на уроках дети частенько ругаются матом между собой. Хотя меня ещё ни разу не посылали.

Мой главный принцип работы с детьми — это уважение. Подводит ли он меня? Да, собственно, каждый день. Готов ли я от него отказаться? Ни за что. Потому что построение уважительных отношений требует времени. Потому что дети к этому совсем не привыкли. В них много энергии, им не нравится ходить в школу.

Поначалу я принципиально говорил в классе только по-английски. Но оказалось, что многие ребята, даже из 8 или 9 классов, не умеют читать на языке. Говорить с ними только на английском практически невозможно, по крайней мере, сейчас.

Но я не бросаю попыток сделать иностранную речь привычной для детей. Охотно болтаю с учениками на переменах — мы здороваемся на английском, обмениваемся репликами. Правда, часто в ответ вместо «I'm okay» слышу неловкое «Normal». И каждый раз объясняю, что «нормал» — это не «по-английски». В нашей школе также изучают немецкий язык. И частенько на вопрос «How are you?» мне отвечают с улыбкой: «А я немецкий учу». Обожаю эти выражения лиц, когда спрашиваю в таком случае: «Wie geht es dir?».

Скажи всем, вместе посмеёмся

И мне, и моим коллегам эти первые полгода дались непросто. Работа учителя не заканчивается на последнем уроке, поскольку дома колоссальное количество времени уходит на проверку работ и на подготовку следующих уроков. А ещё часто возникают ситуации, когда учителям ставят замены, с ними их даже не обсудив. Узнать о том, что мне поставили дополнительные уроки, я могу и утром. Недавно у меня забрали мой кабинет — теперь там, говорят, будет новая учительская. Мы с детьми потратили немало сил, чтобы оформить всё внутри — развешивали плакаты, делали алфавит. И теперь кочуем по чужим кабинетам.

Усталость и апатия настигают неизбежно. И именно в такие моменты я ценю сообщество программы больше всего. Кураторы и коллеги — это такой неисчерпаемый ресурс, который помогает двигаться дальше. У тебя может быть ужасный день, когда всё валится из рук и на уроках трудно удержать дисциплину. Ты потом устало делишься этим с коллегами, а они такие — ха, у меня сегодня было ещё хуже! Мы смеёмся и живём дальше.

Почему то, что я делаю, важно? Важно понимать, что дети ничего не должны учителям. Что у них довольно тяжёлая жизнь. Моя коллега недавно написала: «Многие из них в свои 12-13 лет столкнулись с тем, что нам в жизни не доведётся испытать». Нужно помнить об этом — и оставаться с ними честными. С детьми мне нравится работать больше, чем со взрослыми. И мне кажется, у меня что-то получается. Кажется, здесь я нужен. Здесь я — на своём месте.

Источник: TJournal
На фото Дмитрий Смирнов с шестым классом